Психодиагностика и тесты

Древние греки разработали систему описания личности, согласно которой люди делились на меланхоликов, сангвиников, холериков и флегматиков, проводили связь между строением лица и характером, были созданы первые тесты для определения храбрецов и трусов среди воинов, истинных преступников среди подозреваемых и многое другое.

Таким образом, зарождение тестов, определяющих возможности и способности людей, произошло в процессе обыденной жизни, повседневного общения. Постепенно тесты совершенствовались в различных видах деятельности, в частности в педагогической и медицинской практике. Уже с древнейших времен в педагогике вырабатываются различные способы тестирования учеников для определения лучших и худших. В медицине появились тесты для различения нормы и патологии.

Пожалуй, наиболее древней областью познания в отношении связи тела и души была хиромантия, согласно которой по руке человека можно определить его характер и предсказать будущие поступки. На эту тему писали Гиппократ, Аристотель, Платон, Фома Аквинский и многие другие. Вплотную подошли к исследованиям в этой области френологи и физиогномисты в начале XIX в.

Физиогномика (наука о распознавании природных задатков по физическим свойствам человека) имеет древнюю историю. Гиппократ изучал ее по источникам, дошедшим из стран Древнего Востока. В XVI в. было опубликовано на эту тему исследование Дж. де Ла Порта. Однако существующие в то время методики не стали еще объектом научного анализа, экспериментальной проверки, математической обработки. Первые шаги в этом направлении сделали Лафатер и Галль.

Швейцарский пастор Иоганн-Гаспар Лафатер (1741—1801) был первым исследователем, доказавшим взаимосвязь между «движением души», психическими процессами и эмоциями, выраженными мимикой. В своей работе «Сто физиогномических правил» он утверждал, что внутреннюю сущность человека можно определить по чертам лица, и называл это учение физиогномонией. Он писал: «Я называю физиогномонией способность познать внутреннюю сущность человека по его внешности, замечать некоторые естественные признаки, не сразу бросающиеся в глаза». В другом философском произведении он пытался установить связь между духовным обликом человека и строением и очертаниями его черепа и лица. Это учение получило дальнейшее развитие в работах его учеников и произвело большое впечатление на современников.

Основателем френологии — учения о локализации в различных участках мозга отдельных психических способностей, диагностируемых путем ощупывания внешнего рельефа черепа, считают австрийского врача и анатома Франца Йозефа Галля (1758—1825). На основании длительных исследований ученый сделал открытие, актуальное и до сего времени, об особой роли коры головного мозга и мозговых извилин (до него считалось, что душевная жизнь сосредоточена в желудочках мозга). Галль утверждал, что в мозгу человека можно найти 27 основных человеческих способностей.

По его мнению, можно определить в мозгу места, откуда исходят побуждения к убийству, кражам и т.д. Различия в мозговых извилинах поддаются определению по форме черепа, по наличию определенных шишек и т.п. Впоследствии идея наличия аномалии черепа и атавистических признаков как характерных признаков преступного человека была развита в трудах многих известных исследователей XIX в.

Первые научно обоснованные испытания тестированием провел английский ученый Фрэнсис Гальтон (1822—1911). В своей Антропометрической лаборатории в Кенсингтоне за небольшую плату он тестировал всех желающих определить свои физические и психологические способности (обследование состояло из 17 различных испытаний). Он обследовал несколько тысяч человек, получил огромный эмпирический материал. Гальтона иногда называют первым практикующим психологом. Он собирался охватить все население Англии, чтобы определить уровень психических ресурсов страны. Кстати, сам Гальтон созданные им методы тестами не называл.

Термин «тест» для обозначения психометрических методик впервые употребил американский психолог Джеймс Маккин Кэттэл в статье «Умственные тесты и измерения» (1890). После стажировки в Лондоне под руководством Гальтона он вернулся в США, где стал первым тестологом.